Домашняя типография
Первый зин «Полуночный мел» — 200 экземпляров, напечатанных на лазерном принтере в квартире на Лиговском. Обложки рисовали от руки, переплёты держали на скрепках. Тираж разошёлся за две недели на квартирном концерте.
Низкотиражная независимая студия · оффсет + зин
Кобальдок: почему мы печатаем
Мы — небольшая независимая издательская студия из Санкт-Петербурга. Печатная поэзия для цифрового века: оффсетные книги, лимитированные зинки и обложки, которые не стыдно поставить на полку. Бумажный шум против бесконечного скролла.
Хронология
От домашней типографии до бренда
Мы начинали с одного принтера в съёмной квартире и очень упрямой мысли: поэзия заслуживает хорошей обложки и честной печати. Вот как всё складывалось.
Первый оффсет
Переходим на оффсетную печать и матовый мел. Выходит сборник «Синий шум» (А. Верещагина) тиражом 300. Учимся подбирать мел и плотность бумаги под текст и впервые нумеруем каждый экземпляр вручную.
Зин-линия
Запускаем короткую зин-линию «Кислота на полях»: смелые эксперименты с бумагой и цветом, тиражи до 500. Идеальный вход для авторов нового поколения — Z и Alpha.
Своя типография
Переезжаем в собственную мастерскую на Невском и ставим оффсетный станок. Теперь весь цикл — от макета до переплёта — живёт под одной крышей. Кураторская сетка становится фирменным лицом бренда.
Города-партнёры
Открываем прилавки в 9 городах: Москва, Екатеринбург, Казань, Новосибирск и другие. Тиражи перестают оставаться в Петербурге и уходят по всей стране в защитной обёртке.
140-е издание
Закрываем 140-й выпуск каталога и 38 авторов. Удерживаем главный принцип: ни одного кликабельного «купить» без причины — только то, что нам самим хочется держать в руках.
Команда
Люди, которые держат каждый тираж
Небольшая, но упорная группа издателей, дизайнеров и редакторов. Каждый выпуск проходит через их руки — и ни один экземпляр не уходит без проверки.
Мария Громова
Первый зин «Полуночный мел» — её текст и её руки. Отвечает за каталог, тиражные лимиты и то, что на обложке действительно стоит печать. Читает каждое четверостишие три раза.
Андрей Верещагин
Редактирует стихи и собирает каждый сборник. Знает, где на тираже живёт глитч, и не спит, пока сетка не ляжет ровно. Отвечает на призывы и отвечает авторам в течение трёх дней.
Лена Киселёва
Рисует обложки в духе глитч-эстетики: кислотные градиенты, засечки и дерзкий гротеск. Каждый макет живёт в одной сетке и не вылезает за поля. Подбирает мел и бумагу под текст.
Игорь Титов
Ведёт оффсетный станок и держит плотность бумаги и мел на контроле. Нумерует лимитированные тиражи вручную и держит каждый экземпляр на руках перед отправкой.
Соня Белякова
Ведёт короткую зин-линию и коллективные выпуски. Собирает арты, следит за переплётами и за то, чтобы спринт не превратился в марафон. Идеальный вход для новых авторов.
Павел Морозов
Организует прилавки в 9 городах и защитную обёртку для отправки. Считает доставку по весу и держит, чтобы тираж не застрял по дороге к тому, кто дочитывает до конца.
Наши принципы
Три кита честной печати
Мы не против экранов. Мы за то, чтобы текст имел вес, запах и номер тиража. Вот на чём стоит каждый наш выпуск.
Этика оплаты авторам
Каждый автор получает честный гонорар и процент с продаж — не «печать за опыт». Мы фиксируем гонорар до печати и не переносим расходы на того, кто пишет. Поэзия заслуживает оплаты, а не уступки.
Экологичность бумаги
Работаем только с бумагой из сертифицированных лесов и переработанного волокна. Матовый мел без растворителей, переплёт на клею на водной основе. Бумага — медленная память, и мы не хотим, чтобы её память заканчивалась в свалке.
Тиражные лимиты
Каждый выпуск печатается ограниченным тиражом — обычно до 500 экземпляров. После закрытия тираж не тиражируется повторно, поэтому номер на обложке действительно единственный. Это и есть наша ДНК.
Что говорят критики
Из уст литературной прессы
Мы не читаем отзывы ради хвалы — но вот что говорят о студии те, кто держит наши тиражи в руках.
«Редкий случай, когда зин не выглядит как сканобложка»
Кобальдок делает то, что давно перестали делать крупные дома: печатает поэзию так, что её хочется трогать. Глитч в сетке — не баг, а подпись.
«Медленный жест в сторону вечного обновления ленты»
Каждый выпуск — это не контент, а объект. Честная оплата авторам и нумерация тиража делают студию одной из немногих, за кого не стыдно.
«Тираж, который не вылезает за поля»
Кураторская сетка и подбор мела под текст — вот почему обложки Кобальдок не стыдно поставить на полку. Независимая студия, которая держит слово.
Хочешь стать частью тиража?
Пришли стихи или арт — редактор ответит в течение трёх дней. Первые тиражи всегда уходят тем, кто дочитывает до конца.